ЦВЕТЫ И ИСКУССТВО

О проекте Redlily Каталог Наши партнеры Услуги дизайнера Анонсы Карта сайта
Великий дикарь

Великий дикарь

«Нужно уметь находить радость во всем: в небе, в деревьях, в цветах. Цветы цветут всюду для всех, кто только хочет их видеть», — сказал французский художник Анри Матисс. Он многое дал людям; его жизнерадостное искусство свидетельствует, что авангард может не только пугать или уводить в лабиринты подсознательного, но и идти навстречу земным радостям человека, любящего красивые цветы и вещи, солнечную погоду и естественную грацию женщин.

Анри Эмиль Бенуа Матисс (Henri Émile Benoît Matisse) — признанный классик искусства ХХ века. Его сравнивают с Леонардо да Винчи и другими титанами эпохи Возрождения: как и они, Анре Матисс проявил свой яркий талант не только в живописи, но и в рисунке, гравюре, скульптуре, керамике…

Автопортрет в полосатой майке

Матисс оставил огромное эпистолярное наследие. В 1908 году вышла его знаменитая книга «Заметки живописца», в которой художник сформулировал свои творческие принципы и рассказал о необходимости передачи эмоций за счет простых средств. Освобождаясь от повседневного восприятия, Матисс раскрывал красоту мира через гармонию контрастов.

О букете (из «Заметок живописца»)

«Гуляя по саду, я срываю цветок за цветком и складываю их в охапку на руке один за другим, по мере того как они попадаются мне. Я возвращаюсь домой с намерением написать эти цветы.

После составления букета по своему усмотрению — вдруг разочарование: в новой аранжировке вся прелесть цветов пропала. Что же произошло? Бессознательно получившийся букет, пока я собирал цветы, повинуясь своему вкусу, направлявшему меня от цветка к цветку, оказался замененным обдуманной аранжировкой, основанной на воспоминаниях о давно исчезнувших букетах, запечатлевшихся, однако, в моей памяти своей тогдашней прелестью, ее-то я и придавал этому новому букету.

Ренуар говорил мне: «Если я составляю букет с намерением написать его, я берусь писать ту его сторону, о которой не заботился при составлении».

Пионы

Стремясь к обновлению декоративного искусства, Матисс создал направление в живописи, сочетающее внешнюю простоту с утонченностью исполнения — фовизм (от французского fauve — «дикий»). Фовисты не повторяли натуру, а стремились отображать чувства, которые она вызывала. Например, в фовистской технике выполнены «Пионы» Матисса (1907): цветы создают контраст между буйством живых красок и строгими формами неодушевленных предметов.

Анри Матисс родился 31 декабря 1869 года в Ле-Като-Камбрези на севере Франции. Его детские годы прошли в соседнем городке Боэн-ан-Вермандуа, где отец, преуспевающий торговец зерном, держал лавку. Мать помогала отцу и занималась росписью керамики. Анри — старший сын — должен был унаследовать семейное дело, но уехал в Париж изучать юриспруденцию и, получив право работать по специальности, устроился клерком у присяжного поверенного.

Аппендикс судьбы

В 20 лет у Анри случился приступ аппендицита. Тогда, поправляясь после операции, молодой человек начал копировать цветные открытки: принадлежности для рисования ему подарила мать. Это так увлекло юношу, что, преодолев сопротивление отца, он записался в школу рисунка. Вскоре Матисс оставил юридическую практику и поступил в Академию Жюлиана, затем перешёл в Школу декоративных искусств.

В 1896 году несколько картин Анри Матисса были выставлены в Салоне Национального общества изящных искусств. Две из них были куплены государством, в том числе «Читающая»: она украсила резиденцию президента Франции. После выставки Анри Матисс стал членом-корреспондентом Салона Национального общества изящных искусств.

Рождение дикости

С 1890 по 1902 года Матисс создал несколько картин, близких по духу недавним бунтарям-импрессионистам, уже превратившимся к тому времени в модных художников. Под их влиянием из-под кисти Матисса появились воздушные светлые натюрморты и первый шедевр — картина «Роскошь, покой и наслаждение» (1904/1905), выполненная в технике пуантилизма (точечности). Однако вскоре Матисс отказался от мелких мазков в пользу широких энергичных штрихов.

Несмотря на денежные трудности, Матисс приобретал работы любимых авторов и даже влез в долги, чтобы купить картину своего главного вдохновителя — Сезанна. Матисс высоко ценил Ван Гога, Ренуара и Пабло Пикассо: с последним его связывала творческая дружба-соперничество. Матисс предельно упростил и обобщил форму, Пикассо — обнажил ее. Но если Пикассо работал большей частью с собственным воображением, то Матисс в основном писал с натуры.

Когда Пикассо и Матисс решили обменяться друг с другом работами, знаменитый испанец выбрал себе «Тюльпаны и устрицы» (1943): этот натюрморт пришелся ему по душе своим напряженным колоритом.

Тюльпны и устрицы

Композиция «Тюльпанов и устриц» асимметрична, но устойчива благодаря тому, что прямоугольник стола уподобляется прямоугольнику всей картины. Самое темное на полотне — это облегченный белой сеткой черный фон, а самое яркое — цветы: они как будто горят. Лимоны, устрицы и тюльпаны имеют сходную форму овалов, их повторяемость облегчает возможность их превращения в элементы узора.

Под впечатлением поездки в Алжир Матисс увлекся орнаментами в стиле арабесок. Яркий «восточный» след отразился в его монументальных панно «Музыка» (1910) и «Танец» (1909/1910), написанных для русского коллекционера Сергея Щукина. Перед отправкой в Россию обе картины были выставлены в парижском Салоне и вызвали настоящий скандал.

«Ядовитая раскраска создает впечатление дьявольской какофонии, рисунок, упрощенный почти до упразднения, и неожиданно уродливые формы... Мир, созданный Матиссом в этих каннибальски-наивных панно, очень неприятный мир», — писали тогда газеты. Сегодня «Танец» — визитная карточка художника и собственность Эрмитажа.

Знаменитые высказывания Матисса

  • «Значительность художника измеряется количеством новых знаков, которые он введёт в пластический язык»
  • «Творить — значит выражать то, что есть в тебе»

Несколько месяцев, проведенных Матиссом в Марокко, вызвали к жизни произведения, в которых ощутимо сближается человеческое и природное. Другая особенность марокканских полотен — их сочный контрастный колорит. На картине «Вид из окна в Танжере» (1912) красные цветы и оранжевая ваза буквально сверкают на фоне пронзительно-синего прохладного пейзажа и интерьера.

Академия «нахального недоучки»

При поддержке своих друзей и меценатов Матисс основал частную некоммерческую школу живописи, в которой преподавал с 1908-го по 1911-й год. Мастер предавал большое значение классической базовой подготовке молодых художников: раз в неделю ученики вместе с ним посещали музей, и только после освоения техники копирования начинали работать с моделью. За время существования Академии Матисса доля студенток в ней была на удивление высокой.

Знаменитые высказывания Матисса

  • «Один тон сам по себе есть всего лишь цвет, — учил художник, — два тона — это уже соотношение, это жизнь. Цвет значим только в соотношении с соседним… Запомните своё первое впечатление… Это чувство — самое главное».
  • «Самая красивая модель для художника то же самое, что стройная ваза».

Русский след

Матисса восхищали не только персидские миниатюры и японские гравюры, но и древнерусские иконы.

В 1911-м году по приглашению Сергея Щукина художник посетил Санкт-Петербург и Москву. Отвечая на вопросы журналистов, он сказал: «Я видел вчера коллекцию старых икон. Вот большое искусство. Я влюблен в их трогательную простоту, которая для меня ближе и дороже картин Фра Анджелико (Фра Анджелико — итальянский живописец эпохи Раннего Возрождения. Прим. ред.). Я счастлив, что, наконец, попал в Россию. Я жду многого от русского искусства, потому что чувствую: в душе русского народа хранятся несметные богатства; русский народ ещё молод. Он не успел ещё растратить жара своей души».

Букет

Матисс преодолел материальные затруднения после продажи картин коллекционерам Сергею Щукину и Ивану Морозову. В отличие от Щукина, любившего «угадывать» неизвестный талант и удивлять публику, Морозов не афишировал свою коллекцию — а она была великолепна. Из одиннадцати картин Матисса первым в ней появился «Букет» (1907), положив начало уникальной группе натюрмортов этого художника.

Натюрморты Матисса охотно приобретал и Сергей Щукин. В 1913-м году он купил знаменитую «Голубую вазу» вместе с тремя другими марокканскими холстами.

«Голубая ваза» производит строгое впечатление. Цветы выглядывают из нее, но сама ваза полузакрыта ярко-зеленым листом, и в этом победа живой природы над предметом. Но отчетливый узор синей ткани, на которой высится ваза, противостоит бледной расцветке живых цветов — и в этом победа искусства над природой.

Поначалу и широкая публика, и известные русские живописцы приняли Матисса в штыки. «А вот, извольте ли видеть, я вам скажу: один сумасшедший писал, а другой его купил»… «Развесить у себя в доме столько невыносимых по наглости вещей!» — не скрываясь, злословили на светских раутах «ценители живописи». А пришедший однажды в гости к Щукину Илья Репин, увидев Матисса, схватился за голову и выскочил вон. Более он сюда не приходил. «В Матиссе — ничего, ровно ничего, кроме нахальства», — возмущался он. Позднее, правда, Репин признавал, что Матисс, хотя и «грубо, неверно, неуклюже», но «очертя голову лезет к живой черте».

Тень «мясорубки»

Когда началась Первая мировая война, немолодой художник обратился с просьбой принять его добровольцем в действующую армию, но ему отказали по состоянию здоровья. Матисс тяжело переживал события тех лет, особенно то, что «люди жертвуют собой, не зная, почему и для чего они приносят себя в жертву». Его искусство стало суровым, почти аскетичным, однако в послевоенные годы произошел новый поворот. Художник и раньше знал о существовании разных путей, ведущих к одной цели. Один — картина как итог долгих раздумий, исканий, поправок, мучительного стремления к совершенству. Другой — рисунок-впечатление, созданный с натуры быстро и легко, иногда с одного маха. К этому и вернулся Матисс, словно устав от поиска новаторских средств выражения.

В 1920-е годы имя художника приобретает всемирную известность. Его выставки проходят во многих городах Европы и Америки. В июле 1925 года Матисс получает звание кавалера ордена Почетного легиона. А в начале 30-х годов вновь создает ряд крупных значительных произведений, обретая в 60 лет вторую молодость.

Натюрморт на мраморном столе

В натюрмортах конца 30-х годов Матисс освобождается от предметности, отказываясь от передачи фактуры материалов и даже объема. В «Натюрморте на мраморном столе» посуда, ваза и разбросанные плоды видны сбоку, тогда как стол показан сверху. Но предметы не соскальзывают с плоскости благодаря уравновешенности композиции и гармонии красок. Зримое здесь превращается в нечто мыслимое, а бытовые предметы — в знаки.

В 1930-м году Матисс едет на Таити, где работает над декоративными панно для Фонда Барнса — школы искусств и художественного музея-галереи в США. Фигуры на фоне из розовых и синих полос раскрывают тему танца: изображение нарочито плоскостное, но оно буквально подчиняет себе пространство. В процессе создания эскизов росписи Матисс начал использовать технику вырезок из цветной бумаги — декупаж, которой активно пользовался в дальнейшем.

У «Танцев» Матисса три варианта. Первая версия панно, заказанного американским коллекционером Альбертом Барнсом, осталась на уровне этюда, вторая была «забракована» из-за ошибки в расчетах параметров помещения: обе они теперь собственность парижского Музея современного искусства. И только третий вариант успешно отправился в Америку, где и пребывает по сегодняшний день.

Порох и боль

Когда разразилась Вторая Мировая война, Матисс, которому было уже 70 лет, не покинул родину. Родственники пытались убедить художника эмигрировать в США или в Бразилию. Но он остался во Франции, в Ницце, которую не покидал уже до самой смерти.

В 1941 году Матисс чуть не лишился жизни, но был спасен хирургом. Хотя операция и прошла успешно, рак все же давал о себе знать. Последние годы Матисс был прикован к постели.

Джаз

Ухудшение здоровья вынудило Матисса упростить стиль, и он вернулся к технике декупажа, которая позволяла добиться желаемого синтеза рисунка и цвета. Составляя изображения из раскрашенных гуашью обрезков, художник создал целый альбом коллажей под названием «Джаз», изданный в 1947 году. «Рисовать ножницами — это врезаться прямо в цвет», — говорил он.

В 1944-м году жена и дочь Матисса были арестованы гестапо за участие в деятельности Сопротивления.

В период 1946–1948 годов краски написанных Матиссом интерьеров вновь стали крайне насыщенными: такие его работы, как «Красный интерьер, натюрморт на синем столе» (1947), построены на контрасте между светом и темнотой, внутренним и внешним пространством.

Капелла Чёток

В 1947 году Матисс познакомился с доминиканским священником Пьером Кутюрье. В разговорах с ним возникла идея возведения небольшой капеллы для женского монастыря в Вансе. Реализация художественного оформления капеллы, задуманное Матиссом, потребовала от мастера четырех лет усидчивого труда: этот проект он считал результатом всей своей сознательной жизни, лучшим своим произведением. Освящение капеллы состоялось 25 июня 1951-го года.

«Не я выбрал эту работу, судьба определила мне её в конце моего пути, моих поисков, и в Капелле я смог объединить и воплотить их. Пусть будущее подтвердит это суждение возрастающим интересом к этому памятнику, не зависящим от его высшего назначения», — так Матисс обозначил значение своей работы над витражами и фресками для Капеллы Чёток.

Матисс простился с жизнью на 85-м году жизни, в 1954-м. Сердечный приступ.

Цветы мастера

Чуткость Матисса к цвету, хмельная радость его красок, способность выразить через них живое чувство, которое не в силах подавить даже контроль рассудка, — все это придает его холстам неотразимое очарование.

В эрмитажной картине «Испанский натюрморт» (1911) царит атмосфера пряной красочности и экзотики. Узор плотно заполняет поверхность холста, а светлый теплый фон оттеняет изумрудную зелень.

Испанский натюрморт

В похожем ключе выполнен и «Интерьер с испанскими шалями» (1911) — будто ковер, яркий и одновременно умиротворяющий благодаря своей вытянутой вширь форме. Орнаменты на тканях сплетаются с цветами в горшке и стелются с предмета на предмет.

В ранних натюрмортах Матисса, таких как «Натюрморт с голубой скатертью» (1909), подчеркнутая материальность предметов «перебивается» выразительным узором ткани. Однако у этой картины есть и потаенный смысл, который предстоит разгадать зрителю.

В «Натюрморте с голубой скатертью» сопоставляется материальное и духовное значение, вкладываемое в предмет художником. Так, «обычный» графин, ваза с фруктами и кофейник пребывают одновременно и на горизонтали — в реальности — и в вертикали, где имеют метафорический смысл. А вот горизонтальный рисунок на ткани, расположенный вертикально, выглядит искаженным и непонятным!

В поздних натюрмортах, в числе которых «Красный натюрморт с магнолией» (1941), элементами узора становятся сами предметы — вазы, цветы, сосуды (на главном фото). Для того чтобы картина не превратилась в подобие ткани, рама срезает края предметов, а контраст красок и четкие контуры позволяют избежать полного уничтожения предметности.

Искусство и жизнь, фантазия и реальность, декоративность тканей и красочность природы, плоды творчества и плоды земли, цветы в вазе и цветы орнамента — вот что Матисс стремился соединить на одном холсте.

Интересное о Матиссе

  • Картины Анри Матисса с 1907-го года стали называться «матиссы» и начали раскупаться коллекционерами из США, России и Франции.
  • Матисс никогда не изображал на своих картинах объекты с ясной структурностью и определенностью, такие, как скалы, четкие кристаллы домов, обработанные поля.
  • Анри Матисс редко обозначал в названии картины время суток: для него это не было художественной задачей.
  • Матисс любил изображать одни и те же предметы: красных рыбок, ковры, ткани, статуэтки. Порой они были написаны разными способами, но их всегда можно узнать.
  • В честь Матисса назван кратер на Меркурии.
  • Вдохновителями Матисса и фовистов были Ван Гог и Гоген, предпочитавшие субъективный интенсивный цвет мягким «импрессионистическим» оттенкам.
  • Матисс свершил полный разрыв с оптическим цветом. На его картине женский нос вполне мог быть зеленого цвета, если это придавало ей выразительности и композиции. Матисс утверждал: «Я рисую не женщин; я рисую картины».
  • Мистик и символист Моро, в мастерской которого учился Матисс, предрекал начинающему художнику большую будущность и высоко оценивал его новаторские приемы в сочетаниях разных цветов. А поэт Гийом Аполлинер говорил так: «Если бы творчество Матисса нуждалось в сравнении, следовало бы взять апельсин. Матисс — плод ослепительного цвета».

еще статьи >>Из Голландии, со смыслом   ·О, Ренуар!    ·Сумасшедшие подсолнухи   ·Восходя в детство   ·Пейзажная и цветочная фотография в интерьере   ·Афремов Style   ·На холсте и на стене   ·Цветочные друзья   ·Первые, нежные   ·Вячеслав Грачев: «Зрителя не обманешь!»   ·Под вишнями в цвету   ·Цветочный сюр   ·Джузеппе Арчимбольдо: во саду ли, в огороде   ·Волшебный ветер одуванчиков   ·Цветы в объективе Константина Сидорова   ·Живое стекло   ·Большие цветы Ольги Ольневой   ·Супермакро эпохи ар нуво
Наверх